Тьма, Свет и материальный мир: три принципа у Якоба Бёме

Есть очень удобная картина мира: Свет противостоит Тьме, добро воюет со злом, а духовное должно однажды победить материальное. Якоб Бёме разрушает эту схему. У него Тьма старше морального зла, Свет не уничтожает огонь, а материальный мир рождается из напряжения между более глубокими принципами.

Поэтому читать Бёме как обычного проповедника борьбы «светлых» и «тёмных сил» — значит пройти мимо самой радикальной части его мысли.

Тьма ему нужна. Огонь ему нужен. Различие ему нужно. Без них ничто не могло бы проявиться.

Вопрос только в том, что происходит с этой силой дальше.

Первая ошибка: Тьма — значит зло

Современный читатель почти неизбежно приходит к Бёме с готовой символикой. Свет — добро. Тьма — зло.

Но первый принцип Бёме значительно глубже моральной категории.

Он связан со стягиванием, сопротивлением, напряжением, мучительностью, яростью и огненным корнем вечной природы. Это область, в которой возникает определённость.

Чтобы нечто стало чем-то, оно должно отличиться от другого. Чтобы возникло движение, должно появиться напряжение. Чтобы появилась живая сила, необходимо сопротивление.

Поэтому первый принцип нельзя просто вычеркнуть из мироздания как ошибку.

Это различие критически важно.

Первый принцип ещё не есть моральное зло. Зло возникает там, где воля замыкается в собственной отдельности, хочет удержать себя только для себя и превращает собственность в конечную цель.

Тьма у Бёме — не второй Бог. Это возможность природы стать определённой, но одновременно возможность воли закрыться в самой себе.

В этом месте удобно вернуться к нашей основной статье: «Якоб Бёме и три принципа Божественной сущности: как устроен мир» . Там дана общая карта всей системы; здесь мы смотрим именно на механику Тьмы, Света и проявленного мира.

Почему без Тьмы не было бы огня

Бёме постоянно мыслит через переход.

Стягивание усиливается. Противоположные силы входят в напряжение. Напряжение становится мучительным. И в определённый момент происходит вспышка — огонь.

Для Бёме огонь двусмыслен.

Он может быть разрушительным. Может быть яростью. Может быть адской мукой.

Но без него нет жизни.

Именно поэтому система Бёме не позволяет сказать: «уберём всё жёсткое, конфликтное, горячее и останется один Свет».

Нет.

Если убрать сам корень напряжения, исчезнет и возможность раскрытия. Проблема не в существовании силы. Проблема в том, какое направление эта сила получает.

Более детально саму динамику вечной природы мы разберём в статье «Семь форм вечной природы у Якоба Бёме» .

Второй принцип: Свет ничего не уничтожает

Здесь начинается самая красивая часть системы.

Второй принцип — Свет, Любовь, Премудрость, Сердце Божие. Но Бёме не описывает его как армию добра, которая приходит и уничтожает первый принцип.

Происходит не уничтожение природы, а изменение её качества.

Это один из ключей ко всему Бёме.

Он не предлагает человеку перестать быть сильным. Не предлагает уничтожить желание. Не предлагает превратиться в бесформенное спокойствие.

Измениться должно основание действия.

Воля, закрытая в самой себе, создаёт один мир. Воля, открытая Свету, — другой.

Один и тот же огненный корень способен стать яростью или силой Любви.

Поэтому тема Света у Бёме напрямую связана с темой нового рождения . Речь идёт не о том, чтобы слегка исправить поведение, а о рождении человека из другого центра.

А откуда тогда берётся материальный мир?

Здесь появляется третий принцип.

Это звёзды, стихии, растения, животные, человеческое тело, размножение, время, изменение, болезнь, старение и смерть.

Всё то, что можно назвать сотворённым и преходящим миром.

Но третий принцип не является отдельной Вселенной, построенной рядом с первыми двумя.

Бёме прямо связывает его рождение с первыми принципами. Проявленное возникает из глубинного движения природы.

Поэтому его материальный мир странен для современного мышления. Он одновременно телесен и символичен. Звезда — звезда, но её действие связано с более глубоким порядком. Тело — тело, но в нём проявляется история принципов. Вода — вода, но она также участвует в языке рождения природы.

Именно отсюда появляются термины, которые делают Бёме таким трудным: Matrix, Limbus, Aquaster, Tinktur, Fiat, Сульфур, Меркурий, Саль.

Их нельзя автоматически переводить в современную физику, химию или психологию.

Для этого мы вынесли отдельные материалы: «Matrix, Limbus, Aquaster и Tinktur: тайный язык природы у Бёме» и «Сульфур, Меркурий и Саль у Якоба Бёме» .

Значит ли это, что материальный мир плох?

Нет.

И это вторая большая ловушка.

Если первый принцип назвать злом, очень легко сделать следующий шаг: объявить материальный мир падшим мусором, из которого духовному человеку необходимо как можно скорее сбежать.

Но система Бёме устроена иначе.

Сотворённая природа способна отражать Божественную Премудрость. Мир становится сценой проявления. Через него невидимое получает форму.

Одновременно этот мир преходящ. Всё рождённое во времени меняется и распадается.

Поэтому трагедия не в самом существовании тела. Она начинается тогда, когда человек забывает более глубокое основание и принимает внешний мир за единственную реальность.

Все три принципа находятся внутри человека

И вот здесь космология перестаёт быть космологией.

Бёме предлагает читателю посмотреть не на далёкие небесные сферы, а на самого себя.

В человеке он различает тёмное стремление к Свету, саму Силу Света и стремящуюся силу, через которую растёт и действует материальное тело.

То есть три принципа — не теория о том, что происходит где-то за пределами человеческой жизни.

Они действуют одновременно.

Именно поэтому Бёме постоянно возвращается к самопознанию.

Для него недостаточно спросить: «Какие силы существуют во Вселенной?»

Нужно увидеть: какая сила сейчас управляет моей волей?

Эту антропологию мы подробно разберём отдельно: «Душа между тремя мирами: устройство человека у Якоба Бёме» .

Так где же возникает зло?

Не в Тьме как таковой.

Не в огне.

И не в теле.

Зло становится возможным в направлении воли.

Воля способна взять силу первого принципа и замкнуть её в самой себе. Тогда желание хочет только обладать. Различие превращается в разделение. Сила — в господство. Огонь — в ярость.

Именно поэтому грехопадение у Бёме значительно глубже простого нарушения запрета на плод.

Это изменение способа существования человека.

Воля обращается наружу, хочет присвоить внешний мир и оказывается связанной им.

Подробно: «Грехопадение человека у Якоба Бёме: что произошло с Адамом» .

Три принципа — это не схема. Это драма воли

Поэтому рисунок из трёх кружков почти всегда врёт.

Он создаёт ощущение, будто есть три аккуратных отдела Вселенной.

У Бёме ничего аккуратного нет.

Принципы входят друг в друга. Один становится видимым через другой. Один и тот же огонь раскрывает противоположные возможности. Человек одновременно принадлежит вечному корню души, способен к Божественному Свету и живёт внутри временного тела.

Человек у Бёме стоит не перед выбором между тремя мирами. Три мира уже пересекаются в нём.

Поэтому настоящий вопрос книги не «какой из принципов настоящий?».

Настоящий вопрос: какой принцип получает власть над направлением твоей воли?

И здесь система Бёме неожиданно перестаёт быть музейной мистикой XVII века.

Потому что человек по-прежнему способен взять собственную силу и построить из неё тюрьму.

Или открыть ту же силу Свету.