Ваю и Вата в Ригведе: два образа ветра в ведийских гимнах
Ветер невозможно увидеть. Видно только то, что начинает двигаться, когда он приходит. Возможно, именно поэтому в Ригведе ветер так легко оказывается на границе между природной стихией и богом.
Кто такие Ваю и Вата
Ваю и Вата — два ведийских имени, через которые Ригведа говорит о ветре.
И здесь сразу появляется проблема.
Если сказать: «Ваю — один бог, Вата — другой», получится слишком жёстко.
Если сказать: «это просто два названия одного и того же», мы потеряем реальные различия между гимнами.
Ваю выглядит более оформленным ритуальным божеством.
Его приглашают к жертвоприношению. Он приезжает на колеснице. У него есть упряжка. Ему предлагают Сому. Более того — ему принадлежит особая честь первого питья Сомы.
Вата в гимнах X мандалы гораздо непосредственнее напоминает сам ветер: он несётся, грохочет, поднимает пыль, движется по небу, и человек слышит его голос, не видя формы.
Читайте: «Боги Ригведы: Индра, Агни, Сома, Рудра, Ваю и Маруты» .
Ваю и Вата: в чём разница
Разницу лучше увидеть не через словарные определения, а через то, как работают сами гимны.
Персонификация выражена сильнее.
Ваю приезжает на колеснице, имеет коней или упряжку, принимает приглашение жреца и пьёт приготовленный для него Сому.
Вата ощущается ближе к непосредственно переживаемому ветру.
Его слышно. Он движется. Поднимает пыль. Несётся через пространство. При этом сам остаётся невидимым.
Сам Макс Мюллер в примечаниях к гимнам X.168 и X.186 указывает, что они адресованы Ваю, который здесь называется Вата. Поэтому перед нами не две герметично разделённые религиозные фигуры, а очень близкие ведийские образы ветра.
Ваю: ветер, который приезжает к жертве
В гимнах Ваю ветер уже чрезвычайно близок к полноценной личности.
Его можно позвать.
Он может услышать.
Для него готовят напиток.
Его ждут.
Он приезжает на колеснице, запряжённой быстрыми конями.
Почему это важно
Здесь особенно хорошо видно, как работает ранняя ведийская религия.
Человек не сначала придумывает антропоморфного персонажа, а потом назначает его «богом ветра».
Напротив: сначала существует опыт ветра — стремительность, невидимость, движение, сила.
А затем поэтический язык позволяет с этой силой вступить в отношения.
Почему Ваю первым пьёт Сому
Это одна из самых характерных черт Ваю и одновременно главный признак, отличающий его ритуальный образ.
Сома уже приготовлена
Первый гимн Мюллера, посвящённый Ваю, начинается непосредственным приглашением: Сома приготовлена — приди и пей.
Право первого питья
Здесь привилегия выражена ещё яснее: Ваю призывают первым вкусить выжатую Сому.
В гимне I.134 эта тема повторяется несколько раз.
Ваю приглашают к первому питью Сомы.
Это означает, что ветер уже встроен не только в мифологическое описание мира, но и в конкретный порядок ритуала.
Ваю и Индра
Ваю также тесно связан с Индрой.
И это логично.
Индра принадлежит миру грозы, силы и освобождения вод.
Ваю — ветру и стремительному движению.
В Ригведе эти силы естественно оказываются рядом.
Как Ригведа изображает Ваю
Вата: ветер, которого слышно, но невозможно увидеть
С Ватой атмосфера гимна меняется.
Ритуальная сцена отступает.
Впереди оказывается сама стихия.
Особенно ясно это видно в знаменитом гимне X.168.
Ветер несётся по миру.
Его движение сопровождается грохотом.
Он касается неба.
Поднимает земную пыль.
За ним следуют порывы.
Он движется по путям воздуха и не останавливается.
И вот здесь поэтическая проблема ветра сформулирована почти идеально.
Мы знаем, что он присутствует.
Но видим не его — а мир, который начинает двигаться вокруг него.
Гимн X.168: колесница невидимого ветра
Это всего четыре стиха.
Но в них содержится почти целая философия ветра.
Сначала появляется колесница Ваты.
Она грохочет, движется по небу и поднимает пыль.
Затем появляются следующие за ним порывы.
Вата становится «царём всего этого мира».
Затем поэт спрашивает: откуда он возник? Где родился?
И наконец появляется чрезвычайно сильный образ: Вата связан с жизнью мира и называется дыханием богов.
Именно поэтому этот гимн кажется удивительно современным.
Он не пытается описать, как выглядит ветер.
Он описывает следы его присутствия.
Гимн X.186: ветер, который несёт лекарство
А затем происходит ещё один неожиданный поворот.
Вата перестаёт быть только грозной движущейся стихией.
Его просят принести лекарство.
Здоровое. Благоприятное для сердца.
Его просят продлить человеческую жизнь.
Затем ветер называется отцом, братом и другом.
И наконец человек просит дать ему жизнь из сокровища бессмертия, находящегося в доме Ваты.
Связь с Рудрой
Здесь появляется любопытная параллель с Рудрой.
Рудра тоже одновременно связан с опасной стихийной силой и с лекарствами.
Вата, несущий исцеление, показывает, что для ведийского сознания сама стихия природы может быть не только угрозой, но и носителем жизненной силы.
Рудра в Ригведе: грозный бог, целитель и предшественник образа Шивы .
Так всё-таки: Ваю и Вата — один бог или два?
Вот здесь лучше всего отказаться от слишком удобного ответа.
В более поздних справочниках их можно встретить либо почти отождествлёнными, либо разведёнными как разные формы бога ветра.
Сама Ригведа сложнее.
Имя Ваю действительно чаще связано с более развитой божественной личностью, ритуалом, Индрой, колесницей и Сомой.
Вата ближе к непосредственно ощущаемой стихии ветра.
Но граница проницаема.
В примечании к X.168 он пишет, что гимн адресован Ваю, «здесь называемому Вата». Почти то же замечание стоит при X.186.
Поэтому правильнее говорить не о двух полностью независимых богах, а о двух пересекающихся ведийских образах ветра.
Один показывает, как ветер входит в ритуал.
Другой — как сам ветер превращается в предмет религиозного переживания.
Какие гимны Ваю и Вате перевёл Макс Мюллер
В первой части Vedic Hymns Мюллер сознательно завершает большой корпус Марутов и Рудры четырьмя гимнами ветру.
Приглашение Ваю к приготовленной Соме. Здесь особенно ясно видна его ритуальная функция.
Колесница, быстрые кони, Сома и привилегия первого питья.
Один из самых чистых ведийских образов самой стихии: грохот, движение, пыль, небо и невидимость ветра.
Ветер как носитель лекарства, жизни и благоприятной силы.
Почему эти гимны стоят рядом с Марутами и Рудрой
Потому что книга Мюллера построена не случайно.
Маруты — буря.
Рудра — грозная и одновременно исцеляющая сила, отец Марутов.
Ваю и Вата — ветер.
Все эти образы находятся в одном динамическом поле.
Именно поэтому подзаголовок книги Мюллера звучит не как случайный набор имён:
Hymns to the Maruts, Rudra, Vâyu and Vâta.
Перед нами фактически один большой ведийский комплекс бури, ветра, движения и небесной силы.
Маруты в Ригведе: кто такие боги бури и почему им посвящено столько гимнов .
Прочитать ветер так, как его слышали ведийские поэты
В книге «Ведийские гимны. Часть I» Фридриха Макса Мюллера собраны гимны Марутам, Рудре, Ваю и Вате.
Здесь Ваю и Вата не сведены к короткому определению «бог ветра».
Читатель видит четыре разных гимна, их языковые особенности и подробные филологические комментарии Мюллера.
В одном случае ветер приезжает к жертве и первым пьёт Сому.
В другом — грохочет по небу, поднимает пыль, остаётся невидимым и становится дыханием богов.
А затем тот же ветер приносит лекарство и получает почти человеческие определения: отец, брат и друг.
Что важно запомнить
Ваю и Вата — один из лучших примеров того, почему Ригведу опасно читать через слишком простые словари.
Запись: «Ваю — бог ветра» формально верна.
Но она почти ничего не говорит о самих гимнах.
Ваю — участник жертвоприношения, обладатель колесницы, спутник Индры и первый получатель Сомы.
Вата — движущийся ветер, которого можно услышать, но нельзя увидеть.
Он грохочет, поднимает пыль, движется по небу и приносит человеку лекарство.
А сам Мюллер показывает, что провести между этими двумя именами абсолютно жёсткую границу невозможно.
Частые вопросы о Ваю и Вате
Ваю — ведийское божество ветра. В Ригведе он хорошо персонифицирован: его приглашают к жертвоприношению, он приезжает на колеснице и тесно связан с Сомой и Индрой.
Вата — ведийское имя ветра, особенно ярко представленное в гимнах X.168 и X.186. Его образ ближе к самой движущейся стихии: ветру, который слышен и ощущается, но остаётся невидимым.
Они чрезвычайно близки, но разные гимны создают разные акценты. Мюллер прямо отмечает, что гимны к Вате адресованы Ваю, здесь называемому Вата. Поэтому правильнее говорить о двух пересекающихся ведийских образах ветра.
В гимнах I.2 и I.134 Ваю имеет особую ритуальную связь с Сомой. В I.134 прямо подчёркивается его право на первое питьё приготовленного напитка.
В гимне X.168 ветер представлен как невидимая жизненная сила мира. Его голос можно услышать, хотя форму увидеть невозможно. Именно в этом контексте возникает образ дыхания богов.
В «Ведийских гимнах. Часть I» Мюллер включает RV I.2 и I.134, обращённые к Ваю, а также X.168 и X.186, обращённые к Вате.
0 комментариев