Когда были написаны Евангелия Нового Завета и сколько канонических Евангелий в Библии
Канонических Евангелий в Новом Завете четыре: от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Их окончательная литературная форма сложилась не сразу после жизни Иисуса, а спустя десятилетия. В современной академической реконструкции Марк обычно датируется примерно 65–75 годами, Матфей и Лука — около 80–90, Иоанн — около 90–100 годов.
Короткий ответ. Евангелия Нового Завета были написаны в I веке н. э., но не одновременно. Чаще всего Марк считается самым ранним из четырёх канонических Евангелий, Матфей и Лука датируются несколько позднее, а Иоанн — обычно концом I века. Точные годы неизвестны, поэтому корректнее говорить о диапазонах.
Сколько канонических Евангелий в Библии? Четыре: Матфей, Марк, Лука и Иоанн.
Откройте Новый Завет.
Матфей.
Марк.
Лука.
Иоанн.
Четыре книги стоят одна за другой настолько естественно, что возникает почти физическое ощущение: сначала происходили события, потом четыре человека их записали.
Но это ощущение создаёт книга в наших руках.
История выглядела иначе.
Когда были написаны Евангелия Нового Завета: примерные даты
На полях древней рукописи нет записи: «Евангелие завершено 17 октября 72 года».
Датировка раннехристианских текстов реконструируется.
Исследователи смотрят на язык, исторические намёки, отношение между текстами, развитие богословских идей, сведения ранних христианских авторов и рукописную традицию.
Поэтому правильнее говорить не о точных датах, а о приблизительных диапазонах.
Евангелие от Марка
Часто рассматривается как самое раннее из сохранившихся канонических Евангелий. Его нередко помещают около времени разрушения Иерусалимского храма в 70 году.
Евангелие от Матфея
Обычно датируется позднее Марка. Автор использует значительный объём марковского материала и перерабатывает его внутри собственной богословской конструкции.
Евангелие от Луки
Также обычно помещается в последние десятилетия I века. Автор прямо сообщает, что до него уже существовали другие повествования.
Евангелие от Иоанна
Часто считается наиболее поздним из четырёх канонических Евангелий. Для него характерны иной язык и значительно более развитая христология.
Это рабочие ориентиры, а не математически установленные даты. По каждому Евангелию существуют более ранние и более поздние датировки. Но для понимания общей картины важно другое: канонические Евангелия появляются не одновременно и не сразу после описываемых событий.
Сколько канонических Евангелий в Библии
В современном Новом Завете четыре канонических Евангелия: от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Именно эти четыре текста стали частью нормативного христианского канона.
При этом в раннем христианстве существовали и другие евангельские тексты. Часть из них позднее получила название апокрифических Евангелий и в канон Нового Завета не вошла.
Что было до Марка?
Вот здесь начинается самое интересное.
Если Марк написан приблизительно через несколько десятилетий после смерти Иисуса, это не означает, что до Марка никто ничего об Иисусе не рассказывал.
Наоборот.
Чтобы Евангелие вообще могло возникнуть, до него должна существовать традиция.
Люди рассказывали истории.
Повторяли изречения.
Проповедовали.
Вспоминали.
Спорили.
Переносили рассказы из одной общины в другую.
Возможно, существовали небольшие письменные собрания, отдельные рассказы о страстях, чудесах или изречениях.
Но восстановить эти ранние слои значительно труднее, потому что мы имеем дело в основном уже с результатом их переработки.
Павел написал раньше евангелистов
Это один из фактов, который полностью меняет привычный взгляд на Новый Завет.
Если читать его по порядку страниц, сначала идут Евангелия, потом Деяния, а затем письма Павла.
Но хронологически некоторые письма Павла появились раньше наших канонических Евангелий.
Перед нами христианство ещё до Матфея, Марка, Луки и Иоанна в их окончательной литературной форме.
И что мы обнаруживаем?
Павел знает распятого Христа.
Знает веру в воскресение.
Знает учеников.
Знает ранние общины.
Но его письма почти не дают той подробной биографии, к которой привык читатель Евангелий.
Нет последовательного рассказа о детстве.
Нет длинной истории чудес.
Нет полной хроники путешествий.
Нет евангельского повествования как такового.
Именно это позднее станет одним из аргументов мифологической школы, в том числе у Роберта Тейлора.
Подробнее мы разбирали этот вопрос в статье «Существовал ли Иисус Христос: аргументы Роберта Тейлора» .
Почему 30–40 лет имеют значение?
Иногда можно услышать: «Ну и что? Тридцать лет — не тысяча».
Это справедливое возражение.
Сам временной разрыв не уничтожает историческую ценность источника.
Античную историю постоянно приходится восстанавливать по произведениям, созданным значительно позднее событий.
Но тридцать или пятьдесят лет меняют природу свидетельства.
Мы уже имеем дело не просто с моментом.
Между событием и текстом появляются поколения передачи.
- рассказы могут сокращаться и расширяться;
- разные эпизоды объединяются;
- непонятные детали получают объяснение;
- высказывания адаптируются к новой аудитории;
- религиозная память выделяет то, что важно общине;
- новые конфликты заставляют по-новому рассказывать старые события.
Это не обязательно сознательная ложь.
Так работает коллективная память.
Иерусалимский храм становится важной точкой отсчёта
В 70 году римские войска разрушили Иерусалим и Второй храм.
Для иудаизма и раннего христианства это было событие колоссального масштаба.
Поэтому исследователи внимательно изучают места в Евангелиях, где Иисус говорит о разрушении храма, Иерусалима, войнах и катастрофах.
Главный вопрос:
перед нами пророчество, записанное до события, или текст, сформулированный уже с опытом произошедшей катастрофы?
Однозначного ответа, который можно было бы доказать одной строкой, не существует.
Но именно такие признаки помогают исследователям устанавливать возможные исторические рамки текста.
Почему Матфея и Луку обычно ставят после Марка
Потому что между ними существует слишком много общего материала.
Речь идёт не просто о том, что все рассказывают об Иисусе.
Совпадают последовательности событий.
Совпадают формулировки.
Совпадают отдельные необычные конструкции.
Самым экономным объяснением для многих исследователей стала приоритетность Марка: Марк существовал раньше, а Матфей и Лука им пользовались.
Если это так, Евангелия нельзя считать четырьмя полностью независимыми записями одного воспоминания.
О проблеме авторства и литературной зависимости подробнее: «Кто написал Евангелия: проблема авторства Нового Завета» .
Но откуда Матфей и Лука взяли материал, которого нет у Марка?
Вот здесь возникает одна из знаменитых гипотез новозаветной критики.
Матфей и Лука имеют общий материал, которого нет у Марка.
Особенно это касается некоторых изречений Иисуса.
Для объяснения этого сходства исследователи предложили гипотетический общий источник, который принято обозначать буквой Q — от немецкого Quelle, «источник».
Важно понимать: рукопись Q никто не нашёл.
Это реконструкция.
Гипотеза, созданная для объяснения литературных отношений между текстами.
И она показывает, насколько далеко современное исследование Евангелий от простой картинки «четыре автора независимо записали свои воспоминания».
Иоанн появляется в другом мире
Если поставить Марка и Иоанна рядом, разница чувствуется почти сразу.
У Марка Иисус действует быстро.
Исцеляет.
Спорит.
Идёт к Иерусалиму.
Страдает.
У Иоанна Иисус говорит о себе совершенно иначе.
Здесь Логос.
Предсуществование.
Свет.
Жизнь.
Единство с Отцом.
Длинные богословские речи.
Это уже не просто дополнительный набор воспоминаний.
Перед нами иная стадия осмысления личности Христа.
Означает ли поздняя дата, что всё придумано?
Нет.
Это одна из самых распространённых ошибок.
Поздняя запись не означает автоматически позднее происхождение всего содержащегося в ней материала.
Текст, написанный в 80 году, может сохранять предание 40-х годов.
Рассказ, записанный спустя поколение, может содержать историческое ядро.
Изречение может быть древнее книги, в которой оно сохранилось.
Историческая критика именно поэтому существует: чтобы пытаться различать слои.
Но обратная крайность не лучше.
Нельзя автоматически считать каждую сцену точной записью события только потому, что она находится в каноническом тексте.
Дата текста ничего не решает сама по себе. Она определяет, какие вопросы необходимо задать этому тексту.
Роберт Тейлор увидел проблему — и довёл её до предела
Для Роберта Тейлора дистанция между предполагаемой жизнью Иисуса и письменными Евангелиями была одним из ключевых элементов обвинения.
Он соединял её с анонимностью текстов, разночтениями рукописей, апокрифами, докетизмом и параллелями с дохристианской мифологией.
Из этого возникал его радикальный вывод: евангельская биография — поздняя мифологическая конструкция, а не история реального человека.
Современная наука не следует за ним так далеко.
Большинство исследователей допускает существование исторического Иисуса и одновременно признаёт, что дошедшие до нас Евангелия являются позднейшими литературными интерпретациями более ранней традиции.
Разница принципиальная.
Тейлор видел редакцию и говорил: «значит, вымысел».
Современный исследователь видит редакцию и спрашивает: «что лежало перед редактором?»
Большой разбор его позиции: «Синтагма» Роберта Тейлора: историчность Иисуса, происхождение Евангелий и языческие параллели .
Есть ещё одна ошибка: путать дату рукописи и дату произведения
Это важно.
Мы можем иметь физический фрагмент Евангелия, относящийся, например, ко II веку.
Но это не означает, что само произведение было написано в момент создания этой конкретной копии.
Рукопись — экземпляр текста.
А произведение могло существовать раньше.
Поэтому история Нового Завета состоит как минимум из трёх разных вопросов:
- когда возник первоначальный текст;
- когда появились дошедшие до нас копии;
- как текст изменялся между этими точками.
Смешать их — значит получить красивую, но исторически бесполезную картину.
А где оригиналы?
Вот ещё один вопрос, который звучит значительно сильнее, чем кажется.
Автографов четырёх Евангелий — рукописей, написанных рукой первоначального автора, — у нас нет.
Как нет автографов огромного количества произведений античного мира.
До нас дошли копии.
И копии копий.
А между рукописями существуют разночтения.
Большинство из них не меняет фундаментально содержание текста: это орфография, порядок слов, небольшие ошибки переписчиков.
Но существуют и более значимые варианты.
Отсюда возникает отдельная дисциплина — текстология Нового Завета.
Её задача — сравнивая рукописи, попытаться приблизиться к наиболее ранней восстанавливаемой форме текста.
Именно эта тема особенно раздражала Роберта Тейлора, который видел в истории вариантов доказательство ненадёжности всего корпуса.
Когда четыре Евангелия стали именно ЧЕТЫРЬМЯ?
Это следующий уровень проблемы.
Написать текст — одно.
Переписывать его — другое.
Читать его в общинах — третье.
Признать его частью нормативного корпуса — четвёртое.
Сам факт существования Евангелия ещё не означает, что все христиане одновременно считали его Священным Писанием.
Раннее христианство знало значительно больше текстов, чем четыре произведения, открывающие современный Новый Завет.
Поэтому после вопроса «когда были написаны Евангелия?» возникает следующий:
Именно отсюда мы переходим к истории апокрифов и формирования канона.
Почему всё это вообще важно?
Потому что дата меняет способ чтения.
Если мы думаем, что Евангелие — дневник, написанный очевидцем вечером после события, мы задаём ему одни вопросы.
Если понимаем, что перед нами текст религиозной общины, созданный спустя десятилетия и использующий более раннюю традицию, вопросы становятся другими.
Мы начинаем видеть не только Иисуса.
Мы начинаем видеть автора.
Общину.
Её конфликты.
Её богословие.
Её память.
И тогда Евангелие становится исторически даже интереснее, чем при наивном чтении.
Книга перестаёт быть окном. Она становится слоем
Это, пожалуй, главное.
Священный текст часто воспринимают как прозрачное стекло: мы смотрим сквозь него прямо в прошлое.
Но древний текст скорее похож на археологический слой.
В нём одновременно находятся событие, память о событии, религиозная интерпретация, литературная форма и последующая редакция.
Задача исследования — не разбить этот слой.
А научиться видеть его структуру.
Частые вопросы о датировке Евангелий
Роберт Тейлор. «Синтагма»
Тейлор одним из первых популярных английских авторов XIX века превратил датировку, авторство, рукописную историю, апокрифы и происхождение Евангелий в оружие систематической критики христианской традиции.
В издании TITOV EDITION текст 1828 года представлен с современным редакционным аппаратом, чтобы можно было видеть отдельно аргументы Тейлора, историю его эпохи и современное состояние вопроса.
Перейти к книге
0 комментариев