Изумрудная скрижаль и Пимандр: два разных слоя герметической традиции
Одно имя — Гермес Трисмегист. Но перед нами два совершенно разных текста. Пимандр рассказывает о Боге, Уме, космосе, происхождении человека и его возвращении к источнику. Изумрудная скрижаль говорит коротко, почти предельно сжато: верхнее и нижнее, Солнце и Луна, отделение тонкого от грубого, восхождение и нисхождение, совершение «одной вещи». Именно из-за общего имени Гермеса их постоянно складывают в одно учение. История говорит другое: это два разных слоя герметической традиции.
Самая знаменитая фраза герметизма — «как вверху, так и внизу» — не является формулой первого трактата Corpus Hermeticum. Она связана с другой текстовой линией — Изумрудной скрижалью, Tabula Smaragdina. И это различие меняет почти всё: эпоху, язык, путь передачи, круг читателей и то, что вообще пытались найти в словах Гермеса.
Один Гермес. Но это не одна книга и не одна эпоха
Пимандр
Первый трактат Corpus Hermeticum. Позднеантичный греко-египетский мир. Бог, Nous, Logos, космос, человек, смертность, познание и возвращение к божественному.
Изумрудная скрижаль
Короткий текст, известный через арабскую, а затем латинскую традицию. Соответствие верхнего и нижнего, Солнце и Луна, разделение, восхождение, нисхождение и завершение Великого Делания.
Оба текста приписываются Гермесу Трисмегисту.
Но одного имени недостаточно, чтобы объявить их частями одной книги.
Под Гермесом веками передавалось множество текстов: философских, астрологических, магических, медицинских и алхимических.
Именно поэтому мы уже разделяли строгий Corpus Hermeticum и значительно более широкую Hermetica.
Изумрудная скрижаль — прекрасный пример того, зачем это различие вообще нужно.
Пимандр начинает с человека, который хочет узнать Бога
В начале первого трактата Гермес не совершает алхимическую операцию. Не работает с металлом. Не ищет философский камень.
Он хочет понять природу сущего.
Чувственное восприятие отступает, и перед ним открывается Пимандр — божественный Ум.
Затем читатель проходит через космогонию: свет и тьму, Слово, Ум, создание космоса, семь Правителей, возникновение человека и его соединение с природой.
Главная драма Пимандра — не превращение металла.
Главная драма — превращение человека.
Существо божественного происхождения обнаруживает себя связанным со смертным, забывает собственную природу и должно вернуть способность видеть, откуда оно происходит.
Если нужен разбор самого текста: Пимандр или Поймандр: что это за текст Гермеса Трисмегиста .
Изумрудная скрижаль делает нечто совершенно другое
Она почти шокирует краткостью.
Никакого длинного диалога. Никакой развёрнутой космогонии. Никакой школы Гермеса.
Несколько плотных утверждений — и каждое выглядит так, будто из него можно развернуть отдельную философию.
Нижнее подобно верхнему. Верхнее подобно нижнему. Всё происходит из одной вещи. Солнце называется её отцом. Луна — матерью. Ветер носит её. Земля питает. Тонкое отделяется от грубого. Нечто восходит от земли к небу и снова нисходит к земле.
Не просто описание космоса, а ключ к операции: как одна реальность разделяется, очищается, соединяется и вновь обретает целостность.
Поэтому Скрижаль начинают читать одновременно космологически, алхимически, духовно и символически.
Но где древняя египетская изумрудная пластина?
Вот здесь легенда и история расходятся.
Традиция рассказывает о Гермесе, тайном знании, гробнице, подземном помещении, табличке или скрижали, на которой была записана мудрость.
Но историк работает не с легендарной скрижалью, а с сохранившимися текстовыми свидетельствами.
И ранняя известная история Tabula Smaragdina ведёт нас прежде всего в арабоязычную герметическую литературу.
Одна из основных линий связана с произведением, приписанным Балинусу — арабскому образу Аполлония Тианского, — известным как «Тайна творения» или «Книга о тайне творения».
Скрижаль появляется там как откровение древнего Гермеса.
Затем текст проходит через арабскую алхимическую культуру и входит в латинский Запад. Латинская версия известна уже в XII веке.
Поэтому осторожнее с фразой «древнеегипетский текст Гермеса»
Традиция действительно приписывает Скрижаль Гермесу и связывает её с чрезвычайно древним знанием. Но сохранившаяся документируемая текстовая история не ведёт нас к фараонской изумрудной пластине. Она ведёт через арабскую и средневековую книжную традицию.
«Как вверху, так и внизу» — пожалуй, самая знаменитая фраза, которой нет в Пимандре
Именно здесь происходит большая современная путаница.
Человек читает: «как вверху, так и внизу», узнаёт слово «герметизм» и естественно предполагает, что формула должна стоять где-то в Corpus Hermeticum.
Но исторически её основной текстовый дом — Изумрудная скрижаль.
Латинская традиция говорит, что нижнее подобно верхнему, а верхнее подобно нижнему, ради совершения чудес единой вещи.
Это формула соответствия.
Но её смысл шире бытового: «всё во Вселенной зеркалит всё».
Для алхимика она позволяет мыслить лабораторный процесс, тело, космос, планеты, духовную трансформацию как разные уровни одного порядка.
Микрокосм и макрокосм начинают отражать друг друга.
Но похожая идея не означает общий источник
Пимандр также строит мир из связанных уровней: Бог, Ум, космос, небесные силы, природа, человек. Поздний платонизм и герметическая магия также развивают систему соответствий. Поэтому Скрижаль попадает на подготовленную почву. Но это не делает её потерянной главой Corpus Hermeticum.
Почему именно Изумрудная скрижаль стала почти священным текстом алхимиков
Потому что её можно читать как описание Великого Делания.
Из одной вещи возникают многие. Затем необходимо различение. Отделение тонкого от грубого. Восхождение. Нисхождение. Соединение сил верхнего и нижнего. Получение совершенной силы.
Для алхимического воображения это почти идеальная структура.
Поэтому текст начинают связывать с философским камнем, трансмутацией, очищением вещества и внутренним преобразованием самого оператора.
Именно здесь проходит один из главных мостов между широким герметизмом и алхимией.
Для этой линии у нас существует отдельный раздел: Журнал TITOV.STORE · Алхимия .
Солнце — отец. Луна — мать. Но это ещё не психологический тест на «мужскую и женскую энергию»
Современный язык очень быстро психологизирует древние символы.
Солнце превращается в «мужское сознание». Луна — в «женское подсознание». Ветер — в «мысли». Земля — в «тело».
Такие интерпретации возможны как поздняя символическая работа.
Но не надо незаметно выдавать их за единственное историческое содержание текста.
Алхимическая традиция читала Солнце и Луну также через металлы, небесные силы, серу и ртуть, активное и воспринимающее, золото и серебро, процессы соединения противоположностей.
Конкретная система менялась от автора к автору.
Скрижаль сильна именно потому, что её язык достаточно плотен, чтобы выдерживать множество уровней прочтения.
И всё же здесь Пимандр и Скрижаль неожиданно начинают звучать рядом
Не потому, что это один текст.
А потому, что обе традиции мыслят движение между уровнями бытия.
Сходство структуры действительно существует: нисхождение, разделение, очищение, восхождение, возвращение.
Но субъект движения различен.
В Пимандре центральный субъект — человек и душа.
В алхимическом чтении Скрижали — вещество, сила, операция, а затем уже человек как участник этой операции.
Именно на этом различии начинает строиться два огромных исторических пути.
Пимандр спрашивает: «Кто ты?» Скрижаль спрашивает: «Как совершается превращение?»
Это, конечно, современная формула, а не древние подзаголовки.
Но она очень точно показывает разницу между двумя текстами.
Антропология
Кто такой человек? Почему он одновременно смертен и бессмертен? Откуда он произошёл? Что такое неведение? Как он возвращается к Уму?
Операция
Как единое становится многим? Как связаны верхнее и нижнее? Что должно быть разделено? Что восходит и возвращается? Как возникает совершенная сила?
Позднейшая алхимия сделает следующий шаг: она начнёт соединять две проблемы.
Если материя должна быть очищена, возможно, очищение требуется и алхимику.
Если грубое должно быть отделено от тонкого, возможно, это относится и к человеческой природе.
Если противоположности соединяются, возможно, Великое Делание происходит не только в сосуде.
Вот здесь алхимия становится не просто историей металлургии, а философией преобразования.
Исаак Ньютон тоже переписывал Изумрудную скрижаль. Это многое говорит о её судьбе
Один из самых полезных способов перестать воспринимать алхимию как странное средневековое суеверие — увидеть, кто реально работал с её текстами.
Исаак Ньютон оставил английский перевод, латинскую копию и комментарии к Tabula Smaragdina.
Для него алхимические тексты не находились в отдельной коробке с надписью «мистика, не имеющая отношения к исследованию природы».
Это был один из языков, через которые раннее Новое время пыталось понять материю, активные начала, превращения и скрытые процессы природы.
Позднеантичное откровение о природе человека и короткий арабо-латинский алхимический текст в конечном счёте оказываются под одним именем Гермеса — но приводят европейского читателя к совершенно разным лабораториям мысли.
А потом приходит Кибалион — и забирает знаменитую формулу себе
В XX веке история становится ещё интереснее.
«Кибалион» превращает соответствие в один из семи герметических принципов.
Для современного читателя именно через эту книгу «как вверху, так и внизу» часто становится центральной формулой всего герметизма.
Но теперь мы видим, сколько исторических слоёв было сжато в одну фразу.
Именно эту границу мы подробно разобрали в материале: «Пимандр и Кибалион: почему это не одно и то же учение» .
Сам «Кибалион» на TITOV.STORE: «Кибалион. Семь герметических принципов» .
Есть ли Изумрудная скрижаль в нашем Basel 1532?
Нет.
И это тоже важный ответ.
Базельский корпус 1532 года, который лежит в основе нового TITOV EDITION, содержит совершенно другую конфигурацию: четырнадцать книг фичиновского «Пимандра», «Асклепий», Ямвлиха, Прокла и Порфирия.
Изумрудной скрижали в этом томе нет.
Значит, не надо задним числом вставлять её знаменитую формулу в книгу Фичино и делать вид, будто Basel 1532 объясняет семь поздних герметических принципов.
Но именно соседство Гермеса с Проклом особенно интересно.
В трактате Прокла «О жертвоприношении и магии» мы видим развитую идею природных соответствий: растения, камни, животные, небесные силы, солнечные и лунные свойства.
То есть сам принцип связанного космоса существует в ренессансной философской среде совершенно независимо от необходимости вставлять туда Скрижаль.
Хочется увидеть именно ренессансного Гермеса, а не смесь всех эпох?
В русском издании TITOV EDITION сохранён исторический корпус Basel 1532: Пимандр, Асклепий, Ямвлих, Прокл и Порфирий — без искусственного добавления позднейших герметических текстов.
Открыть «Пимандр. Базель 1532»Почему сама эта книга является отдельным историческим документом: «Пимандр. Базель 1532: почему это издание важно для истории герметизма» .
Так что же древнее — Пимандр или Изумрудная скрижаль?
Если говорить о документируемой истории сохранившихся текстов, философские трактаты Corpus Hermeticum относятся к поздней античности.
Текстовая история Изумрудной скрижали, в той форме, которую мы можем реально прослеживать, выходит на поверхность значительно позже через арабскую герметическую литературу, а затем входит в латинскую Европу.
Поэтому простой ответ: Пимандр как сохранившаяся текстовая традиция древнее известных нам свидетельств Изумрудной скрижали.
Но сама традиция Скрижали претендует на намного более древнее происхождение.
Вот здесь снова важно различать: что говорит легенда и что мы можем проследить по рукописям.
Можно ли тогда вообще называть Изумрудную скрижаль герметическим текстом?
Да.
Только нужно понимать, что слово «герметический» шире выражения «входит в Corpus Hermeticum».
Скрижаль приписана Гермесу Трисмегисту. Она столетиями жила внутри герметической и алхимической литературы. Её комментировали алхимики. Её переводили. Её воспринимали как одно из фундаментальных высказываний герметического искусства.
Поэтому исключать её из истории герметизма бессмысленно.
Но включать её в Corpus Hermeticum — тоже неправильно.
Это именно тот случай, когда точность не обедняет традицию, а делает её намного богаче.
За какой дверью продолжить путь
Теперь герметическая традиция разделилась перед нами на две большие дороги: философскую и алхимическую. Они будут много раз пересекаться, но дальше можно сознательно выбрать, какой слой хочется увидеть первым.
Коротко: Изумрудная скрижаль и Пимандр
Изумрудная скрижаль входит в Corpus Hermeticum?
Нет. Corpus Hermeticum — отдельное собрание позднеантичных греческих философских трактатов. Изумрудная скрижаль принадлежит другой герметической текстовой традиции, тесно связанной с алхимией.
Фраза «как вверху, так и внизу» есть в Пимандре?
Нет в той знаменитой формулировке, которая связана с Изумрудной скрижалью. В Corpus Hermeticum существуют идеи иерархии и связи уровней космоса, но это другой текст.
Кто написал Изумрудную скрижаль?
Традиция приписывает её Гермесу Трисмегисту. Исторически установить одного автора невозможно; ранние известные текстовые свидетельства связаны с арабской герметической литературой.
Изумрудная скрижаль действительно была написана на изумруде?
Это часть легендарного обрамления текста. Историческая наука располагает рукописными версиями, а не древнеегипетской изумрудной пластиной с подтверждённой датировкой.
Что древнее — Пимандр или Изумрудная скрижаль?
С точки зрения документируемой сохранившейся текстовой традиции Corpus Hermeticum относится к поздней античности, тогда как известная история Скрижали прослеживается позднее, прежде всего через арабские источники.
Изумрудная скрижаль — алхимический текст?
Она стала одним из важнейших текстов европейской алхимической традиции и читалась как краткое описание принципов Великого Делания. При этом её формулы допускают также космологические и философские прочтения.
Есть ли Изумрудная скрижаль в Basel 1532?
Нет. Базельский том содержит Пимандр, Асклепий, Ямвлиха, тексты Прокла и Порфирия. Изумрудная скрижаль в его состав не входит.
Гермес не оставил нам одну систему. Он оставил проблему намного интереснее.
Если всё смешать, получится очень удобный герметизм:
Пимандр рассказывает семь законов. Изумрудная скрижаль подтверждает второй. Алхимики объясняют третий. Кибалион собирает всё обратно.
Красиво. Но исторически этого мира никогда не существовало.
Был другой мир.
Позднеантичный Гермес, который спрашивает о Боге и человеке.
Арабский Гермес, вокруг которого развивается огромная астрологическая, магическая и алхимическая литература.
Латинский Гермес алхимиков, под именем которого читают Изумрудную скрижаль.
Ренессансный Гермес Фичино.
Гермес Ньютона.
И наконец Гермес XX века, который начинает говорить языком семи принципов.
Имя сохраняется. Содержание движется.
И именно поэтому герметизм становится интереснее в тот момент, когда мы перестаём искать одну универсальную книжку, где всё было записано с самого начала.
Пимандр показывает человека между Богом и природой. Изумрудная скрижаль показывает превращение между верхним и нижним. А история герметизма начинается там, где мы видим оба текста — и не заставляем один говорить словами другого.
Начать с Пимандра · Basel 1532
0 комментариев