Алфавит Ангелов и Гениев Джона Хейдона: что такое «Язык Неба»
В Книге III «Теомагии» Джон Хейдон помещает одну из самых загадочных таблиц всего трактата: двадцать четыре имени, необычные графические знаки, группы точек и числовые пометы. Но затем сам автор задаёт более важный вопрос: если Ангелы и Гении являются чистыми духами, зачем им вообще звучащая речь? Так «небесный алфавит» превращается из набора символов в философию общения между духом, мыслью, знаком и человеком.
Её оригинальный заголовок: The Alphabet of Angels and Genii, or the writing and Language of Heaven. Русское издание сохраняет прямой смысл: «Алфавит Ангелов и Гениев, или письменность и Язык Неба».
Источник не предлагает привычной схемы «буква → звук → слово». Перед нами таблицы, где имя соединено с character, точками и числовыми значениями.
Что Хейдон называет «Алфавитом Ангелов и Гениев»
Глава XIX начинается резко.
После большого корпуса геомантических суждений перед читателем появляются три старопечатные таблицы.
Они содержат собственные имена, необычные графические Characters, группы точек и числовые пометы.
Сам Хейдон помещает всё это под заголовком «Алфавит Ангелов и Гениев, или письменность и Язык Неба».
Уже заголовок соединяет четыре уровня: Алфавит → Ангелы и Гении → письменность → Язык Неба.
Но современная ошибка — считать, что слово «алфавит» автоматически означает систему букв, аналогичную русской, латинской или еврейской.
Источник этого прямо не утверждает.
В факсимиле — 24 именованных элемента
В сверенном русском издании имена оставлены максимально близко к видимому чтению старопечатной страницы.
Они не исправляются по современным каббалистическим или оккультным справочникам.
Именно эти формы позволяют увидеть, насколько осторожно нужно работать с подобным материалом.
Некоторые имена напоминают известные ангельские формы.
Другие выглядят совершенно непривычно.
Но источник не даёт нам права автоматически объяснить этимологию каждого имени или заменить его на более знакомый вариант.
Имя — только одна часть «небесной письменности»
Поэтому визуально это намного ближе к таблице символических соответствий, чем к обычной печатной азбуке.
Имя здесь существует рядом с рисунком, число — рядом с точками, а весь комплекс называется письменностью Неба.
Хейдон не даёт современного учебника небесной грамматики
Таблицы произношения
Источник не показывает: «этот Character читается как такой-то звук».
Словаря
Мы не получаем списка слов с переводом с «небесного» на английский.
Грамматики
Нет правил образования предложений, времён, падежей или синтаксиса.
Поэтому выражение «Язык Неба» у Хейдона нельзя автоматически понимать как обычный разговорный язык со словарём и грамматикой.
Сам дальнейший текст ведёт в другую сторону: от письменных Characters к вопросу как вообще дух передаёт мысль духу.
Сразу после алфавита Хейдон показывает собственную карту рождения
Это одна из самых важных композиционных деталей главы.
После завершения третьей части таблицы автор рассказывает о собственных занятиях Astromancy, Geomancy, телесматическими образами и Theomagia.
Затем появляется его собственная Натальная Фигура.
10 сентября 1629
9:45 после полудня
London
27° Gemini
Хейдон даже спорит с другим астрологом, который хотел поставить ему 29 градусов Gemini.
Сам автор настаивает: восходит именно 27 градусов Gemini.
И сразу после этого появляется Character его собственного Гения-Хранителя.
«Язык Неба» связан у Хейдона с поиском Гения-Хранителя
После Nativity Хейдон показывает отдельный Character и сообщает, что это знак его Гения-Хранителя.
Имя — Mалхитириэль / Malhitiriel.
Автор отсылает читателя к The Harmony of the World, где, по его словам, это имя также можно найти.
После этого он связывает собственную Theomagia с Astromancy, Geomancy и телесматическими образами.
В качестве примера Хейдон приводит геомантическую конструкцию, завершающуюся Albus.
Albus стоит в первом Доме, а его Правитель и Идея, согласно источнику, имеют природу Gemini и Mercury in Virgo.
Из этой конструкции показывается ещё один Character.
Говорят ли Ангелы словами и голосом?
Хейдон начинает с допущения: Бог и Духи способны говорить на любом языке.
Но затем сам формулирует сомнение:
если Ангелы и Гении — чистые Духи, используют ли они между собой vocal speech, звучащую речь?
То есть Хейдон сам не представляет небесный язык просто как тайный диалект, который Ангелы произносят ртом.
Для религиозного основания он обращается к святому Павлу и его формуле о языках человеческих и Ангельских.
Затем утверждает, что представленный перед читателем Idiom вместе с Фигурами используется для нахождения Гения-Хранителя человека.
Самая интересная мысль: дух передаёт не звук, а понятие
Далее Хейдон почти сразу уходит от букв и Characters к философии сознания.
Человек выражает мысль чувственным голосом.
Дух, по описанию Хейдона, способен действовать иначе: впечатлевать понятие речи непосредственно в воспринимающего.
Для пояснения Хейдон ссылается на платоников: Сократ, согласно приведённой традиции, воспринимал своего Genius не обычным телесным чувством, а чувством эфирного тела, сокрытого в нём.
Далее упоминается Аверроэс и представление о том, что Ангелы могли быть слышимы и видимы Пророками.
«Язык Ангелов» у Хейдона — это в пределе средство, посредством которого один дух открывает другому содержание своего ума.
Хейдон допускает и его — но как отдельный случай
Автор не говорит, что Ангелы никогда не могут быть услышаны.
Напротив, он напоминает о библейских историях, где небесные существа обращаются к людям чувственным голосом.
Но делает важное уточнение: в таких случаях они принимают тела.
Передача понятия
Основная философская модель духовной речи не требует физического голоса.
Слышимый голос
Хейдон допускает его в случаях, когда духовное существо принимает тело.
Это важное различие.
Иначе фразу «Язык Неба» можно слишком быстро превратить в фантазию о буквальном ангельском разговорнике.
Почему рядом с Языком Неба появляется еврейский язык
Хейдон пишет, что обычные человеческие языки меняются и подвергаются повреждениям.
А вот рассматриваемый им язык и Hebrew, по его представлению, сохраняются ненарушенными.
Более того, автор говорит, что каждый Genius и Intelligence может использовать речь народа, среди которого пребывает.
Но в особом взаимодействии с теми, кто такую речь не понимает, Хейдон вновь отсылает к этому особому Idiom.
Значит, «Язык Неба» у Хейдона не исключает человеческие языки. Он занимает другой уровень коммуникации.
24 элемента главы XIX — не то же самое, что 22 Hebrew Letters главы XXVI
Alphabet of Angels and Genii
В факсимильных таблицах представлены 24 именованных элемента: имена, Characters, точки и числа.
Далее обсуждается «Язык Ангелов» и собственный Guardian Genius Хейдона.
Twenty Two Hebrew Letters
Здесь Хейдон уже прямо говорит о двадцати двух Hebrew Letters, которые распределяются по degrees, начиная от Ascendant.
Отобранные буквы используются в образовании имени личного Genius.
Оба блока относятся к небесному языку и именам духов, но источник не позволяет просто объявить 24 таблицы главы XIX теми же самыми 22 Hebrew Letters главы XXVI.
Это особенно важно для будущего теомагического калькулятора.
Если объединить две системы без доказанного текстового перехода, получится красивый, но уже современный алгоритм, а не Хейдон.
«Язык Неба» — мост между геомантией и ангелологией
Положение главы XIX в структуре Книги III очень показательно.
До неё Хейдон подробно разбирает двенадцать Домов, Фигуры, Вопрошающего, Искомое, время исполнения, судебные дела, путешествия и другие практические вопросы.
После неё книга постепенно входит в другой слой: качества, получаемые от Звёзд, Планет и Ангелов; Sephiroth; Чины Ангелов; конкретные Genii; Guardian Genius; философию души.
Глава XIX — один из поворотных узлов, где «Теомагия» перестаёт быть только искусством суждения и становится системой сообщения высшего и низшего.
Нельзя автоматически называть таблицу Хейдона енохианским алфавитом
Современному читателю выражение «ангельский язык» легко напоминает другие оккультные системы.
Но в этой главе сам Хейдон называет свою таблицу именно Alphabet of Angels and Genii и Language of Heaven.
В рассматриваемом тексте нет основания просто переименовать её в другую известную систему.
Семь мифов об Алфавите Ангелов и Гениев
Источник показывает 24 именованных ячейки с Characters, точками и числами, но не даёт фонетической таблицы из 24 звуков.
Хейдон такого определения таблицы не даёт.
Этимологии значительной части этих форм сам источник не объясняет.
Нет. Хейдон отдельно говорит о 22 Hebrew Letters в главе XXVI.
Хейдон сам сомневается в необходимости vocal speech для чистых духов и описывает непосредственную передачу понятия.
Сам текст так его не называет. Такое отождествление потребовало бы отдельной исторической аргументации.
Нет. Перед нами историческая розенкрейцерская, астромантическая и ангелологическая система XVII века, а не современная научная верификация.
Не начинать с вопроса «как этим пользоваться»
Самый продуктивный первый вопрос:
какую роль эта глава играет внутри системы Хейдона?
Сначала увидеть таблицу
Не заменять её современно перерисованными «магическими шрифтами».
Сохранить имена
Не исправлять редкие формы без текстологического основания.
Читать продолжение
Главное объяснение языка начинается после Characters, а не заканчивается ими.
Сопоставить с XXVI
Только тогда видно, как язык, Nativity и имя Genius связываются дальше.
«Язык Неба» — одна из центральных идей третьей книги
В нескольких страницах Хейдон соединяет небесный алфавит, Characters, числа, Nativity, Gemini, Mercury, Albus, собственного Гения-Хранителя и философию ангельской речи.
Поэтому таблицы главы XIX стоит читать не как отдельный оккультный артефакт, а как вход в целый язык соответствий, на котором построена вторая половина Книги III.
0 комментариев