Книга устроена как восхождение и одновременно как разбор. Сначала — теория. Потом — переход. Потом — десятки человеческих судеб. Затем — современные приложения переводчика, которые возвращают текст в реальность XXI века.
От переводчика
Дверь, а не догма
Михаил Титов объясняет, почему этот текст нельзя читать как готовую религию, но и нельзя отмахнуться от него как от старой экзотики. Здесь закладывается честный способ входа в книгу.
Часть I
Что Бакке называет космическим сознанием
Простое сознание, самосознание и предполагаемая третья форма. Не как диплом избранных, а как попытка назвать редкий опыт единства, света, радости и освобождения от страха смерти.
Часть II
К самосознанию
Длинное исследование того, как автор связывает развитие восприятия, языка, понятий, моральной природы, чувств и человеческой способности видеть себя отдельным существом.
Часть II
На плоскости самосознания
О том, как человек строит понятия, язык, культуру, веру, философию и собственное «я». И почему именно самосознание одновременно даёт силу и создаёт возможность страха, стыда и внутреннего разрыва.
Часть II
Деволюция
Самая спорная и исторически сложная часть книги: размышления Бакке о нестабильности психических функций, психиатрии и развитии разума. В современном издании читается критически.
Часть III
Признаки опыта
Субъективный свет, нравственное возвышение, интеллектуальное прояснение, чувство бессмертия, исчезновение страха смерти, внезапность, возраст и последствия для человека.
Часть IV
Гаутама Будда
Бакке рассматривает путь Будды, отказ от аскетизма, момент просветления и учение о прекращении страдания как один из центральных образцов своей теории.
Часть IV
Иисус Христос и Павел
Исследование Царства Небесного, Христа внутри человека, любви, освобождения от страха и того, как Бакке читает раннее христианство через собственную гипотезу.
Часть IV
Плотин и Мухаммед
О едином, эманации, внутреннем свете, пророческом опыте и том, как разные культуры пытались назвать то, что не укладывается в обычные понятия.
Часть IV
Данте и Иоанн Креста
Путь через любовь, тьму, очищение, рай, внутреннюю ночь и трансформацию человека, который перестаёт видеть мир только через собственную боль.
Часть IV
Якоб Бёме
Один из важнейших разделов книги: Бёме, внутренний свет, природа Бога, противоречия мира, безосновное, видение и попытка описать то, что язык постоянно не удерживает.
Часть IV
Уильям Блейк
Блейк как художник, поэт и человек внутреннего зрения. О мире, который становится видимым не потому, что он меняется, а потому, что меняется сам способ видеть.
Часть IV
Оноре де Бальзак
Неожиданный образец для читателя, который привык видеть в Бальзаке только романиста. Бакке рассматривает его как исследователя скрытых глубин человека и духа.
Часть IV
Уолт Уитмен
Центральная фигура для самого Бакке. Поэзия тела, радости, смерти, демократии, любви, присутствия и способности сказать жизни «да» без необходимости сначала победить её.
Часть IV
Эдвард Карпентер
Поздний пример автора: внутреннее освобождение, социальная чувствительность, телесность, любовь, простота и попытка не отделять духовное переживание от человеческой жизни.
Часть V
Дополнительные случаи
Моисей, Лао-цзы, Сократ, Паскаль, Спиноза, Сведенборг, Вордсворт, Пушкин, Эмерсон, Торо, Рамакришна и десятки других фигур, через которых Бакке ищет повторяющийся мотив.
Часть VI
Последние слова
Попытка автора подвести итог: не как закрыть вопрос, а как оставить человека перед возможностью, что история сознания ещё не закончена.
Приложение I
Как читать книгу сегодня
Современный навигатор: где читать Бакке буквально, где спорить, где видеть в нём исторический документ, а где — человека, который серьёзно пытался говорить о внутреннем опыте.
Приложения II–V
Бакке, психология и психиатрия
О враче и исследователе внутреннего света, о границе между мистическим опытом и клиническим состоянием, о том, где автор был прозорлив, а где остался пленником своего времени.
Приложения VI–VIII
Люди, Уитмен, словарь
Как читать галерею Бакке, почему Уолт Уитмен является ключом к его книге, а также словарь понятий, без которого трудно не утонуть в плотности старого текста.
После книги
Не закрывать дверь слишком быстро
Завершение, которое не заставляет выбрать правильную веру. Оно оставляет читателя перед тем же вопросом, с которого всё начиналось: кем ты станешь, если перестанешь быть чужим собственной жизни?